ИВАН БАГРАМЯН: «У всех первой мыслью было: "А не провокация ли это?"»

20.06.2022 статья

Триумфальные ворота

ИВАН БАГРАМЯН: «У всех первой мыслью было: "А не провокация ли это?"»


Иван Христофорович Баграмян – Маршал Советского Союза. В 1941 году он занимал пост начальника отдела штаба Киевского особого военного округа (Юго-Западного фронта). С июля 1942 года командовал армией, с ноября 1943 года — войсками 1-го Прибалтийского фронта (с марта 1945 — Земландская группа войск), с апреля 1945 года — войсками 3-го Белорусского фронта. Баграмян написал не одну книгу воспоминаний о Великой Отечественной войне. Сегодня мы публикуем отрывок из его мемуаров «Так начиналась война» (М., Воениздат, 1971). В ней автор подробно описывает первые дни Великой Отечественной, прослеживает, как рушился гитлеровский план блицкрига с момента вторжения немецко-фашистских войск в пределы нашей Родины

 

 

 

«Так начиналась война» (отрывок)

 

У всех первой мыслью было: "А не провокация ли это?" Стали ждать решения Москвы.

В 0 часов 25 минут 22 июня окружной узел связи в Тарнополе начал прием телеграммы из Москвы. Она адресовалась командующим войсками всех западных округов. Нарком и начальник Генерального штаба предупреждали, что "в течение 22-23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев", и требовали, не поддаваясь ни на какие провокационные действия, привести войска "в полную боевую готовность встретить внезапный удар немцев и их союзников".

Далее в телеграмме указывались конкретные мероприятия, которые следовало осуществить:

"а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность; войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава; подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить".

 

Фото: Начальник штаба Юго-Западного направления генерал-лейтенант Иван Христофорович Баграмян. Источник: waralbum.ru

 

Только в половине третьего ночи закончился прием этой очень важной, но, к сожалению, весьма пространной директивы. До начала фашистского нападения оставалось менее полутора часов.

Читатель может спросить, а не проще было бы в целях экономии времени подать из Генерального штаба короткий обусловленный сигнал, приняв который командование округа могло бы приказать войскам столь же коротко: ввести в действие "КОВО-41" (так назывался у нас план прикрытия государственной границы). Все это заняло бы не более 15-20 минут.

По-видимому, в Москве на это не решились. Ведь сигнал о вводе в действие плана прикрытия означал бы не только подъем всех войск по боевой тревоге и вывод их на намеченные рубежи, но и проведение мобилизации на всей территории округа.

Пока телеграмму изучали и готовили распоряжения армиям, гитлеровцы обрушили на наши войска мощные авиационные и артиллерийские удары.

Эти удары, застигшие большинство частей еще в местах постоянной дислокации, нанесли нам первые чувствительные потери.

 

Источник: mil.ru

 

Получив приказ отбросить вторгшегося противника за линию государственной границы, дивизии первого эшелона наших войск прикрытия под непрекращающейся бомбежкой устремились на запад. Первый удар немецкой авиации хотя и оказался для войск неожиданным, отнюдь не вызвал паники. В трудной обстановке, когда все, что могло гореть, было объято пламенем, когда на глазах рушились казармы, жилые дома, склады, прерывалась связь, командиры прилагали максимум усилий, чтобы сохранить руководство войсками. Они твердо следовали тем боевым предписаниям, которые им стали известны после вскрытия хранившихся у них пакетов.

Первыми выступили навстречу противнику передовые части 45, 62, 87 и 124-й стрелковых дивизий 5-й армии, 41, 97, 159-й стрелковых и 3-й кавалерийской дивизий 6-й армии, а также 72-й и 99-й стрелковых дивизий 26-й армии.

 

Фото: Групповой снимок генералов Красной Армии. Слева направо: начальник оперативного отдела штаба Калининского фронта генерал-лейтенант Иван Иосифович Семенов (1901-1968), член Военного совета 11-й гвардейской армии гвардии генерал-майор Петр Николаевич Куликов (1900 — 1962), командующий 11-й гвардейской армией гвардии генерал-полковник Иван Христофорович Баграмян (1897 — 1982), командир 16-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии генерал-майор Петр Григорьевич Шафранов (1901 — 1972). 1943 г. Источник: waralbum.ru

 

Для того чтобы эти части заняли приграничные укрепления, им требовалось не менее 8-10 часов (2-3 часа на подъем по тревоге и сбор, 5-6 часов на марш и организацию обороны). А на приведение в полную боевую готовность и развертывание всех сил армий прикрытия государственной границы планом предусматривалось двое суток!

Всю мощь первых ударов гитлеровских войск, по существу, приняли на себя немногочисленные подразделения пограничников и гарнизонов укрепленных районов.

 

Источник: mil.ru

 

Положение осложнялось тем, что с первых часов фашистского вторжения господство в воздухе захватила немецкая авиация. От ее бомб военно-воздушные силы нашего округа потеряли 180 самолетов. Советские части, двигавшиеся к границе, непрерывно подвергались бомбежкам и обстрелу с воздуха. Лишь отдельные небольшие группы наших истребителей через плотные заслоны фашистских самолетов прорывались на помощь к своим войскам.

Когда начальник штаба фронта доложил обстановку, сложившуюся к 10 часам утра, генерал Кирпонос немедленно вызвал к себе командующего военно-воздушными силами генерала Птухина и потребовал от него сосредоточить основные усилия авиации на прикрытии с воздуха выдвигающихся к границам войск, нанесении сосредоточенных ударов по танковым и моторизованным группировкам противника и его ближайшим аэродромам.

 

Фото: Скопление немецкой бронетехники. 1941 г. Источник: waralbum.ru

 

Птухин ушел, а генерал Пуркаев положил на стол командующего фронтом только что полученную директиву Народного комиссара обороны. Повернувшись к Вашугину, Кирпонос медленно и отчетливо зачитал ее:

"22 нюня 1941 г. в 4 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу.

В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться иа вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу. Впредь до особого распоряжения наземным войскам границу не переходить.

2. Разведывательной и боевой авиации установить места сосредоточения авиации противника и группировки его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить основные группировки его наземных войск. Удары авиации наносить на глубину германской территории до 100-150 км. Разбомбить Кенигсберг и Мемель. На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налетов не делать".

 

Фото: Танковые части немецкой армии проходят через советскую деревню. 1941 г. Источник: waralbum.ru

 

Поскольку требования директивы были достаточно ясны, она без всяких комментариев была незамедлительно передана в войска.

В 15 часов мы должны были послать в Москву свое первое донесение. Я занялся составлением его. Это был, пожалуй, самый трудный отчетный документ за всю мою штабную деятельность. Обстановка оставалась по-прежнему неясной: каково истинное положение армий, где враг наносит главный удар, каков его замысел - обо всем этом можно было лишь строить догадки. И наше первое боевое донесение в Москву было полно общих мест и неясностей. Из-за этого я и мои помощники невольно чувствовали себя без вины виноватыми.

 

Фото: Раненые красноармейцы идут в медсанбат. 1941 г. Источник: waralbum.ru

 

Мы быcтро продумали и наметили более гибкие и действенные способы сбора и обработки донесений от подчиненных штабов. Частые порывы телефонных и телеграфных линий, неустойчивая работа радиостанций вынуждали полагаться прежде всего на офицеров связи, которых мы посылали в войска на машинах, мотоциклах и самолетах.

Из анализа поступивших к ночи на 23 июня данных стало все яснее вырисовываться, что главный удар враг наносит из районов Устилуга и Сокаля в полосе 5-й армии и на ее стыке с 6-й армией, в направлениях на Луцк и Дубно. Одновременно фашистские войска ведут наступление в полосах 6-й и 26-й армий. Ожесточенные бои разгорелись в районах Рава-Русской и Перемышля.

 

Фото: Немецкий часовой на месте вынужденной посадки советского Су-2 в поле на Украине. 1941 г. Источник: waralbum.ru

 

Кай выяснилось впоследствии, против 5, 6 и 26-й армий нашего Юго-Западного фронта на участке Владимир-Волывский, Перемышль гитлеровское командование развернуло 37 дивизий (25 пехотных, 5 тааковых, 4 моторизованные, 3 охранные). Их наступление поддерживали основные силы 4-го воздушного флота, насчитывавшего 1300 самолетов.

Только против 5-й армии в первый день наступления командующий группой армий "Юг" фельдмаршал Pyнштедт ввел в сражение десять пехотных и четыре танковые дивизии, да в готовности к развитию успеха он держал здесь не менее двух пехотных, четырех моторизованных и одной танковой дивизий. Более двадцати дивизий 6-й полевой армии генерала Рейхенау и 1-й танковой группы генерала Клейста против пяти наших дивизий, находившихся у границы!

Командующий 17-й полевой армией генерал Штюльпнагель, развернувший свои дивизии на фронте от Томашува до Перемышля, наносил главный удар через Рава-Русскую на Львов и далее в общем направлении на Тарнополь. Отдельными ударами он сковывал ваши силы, оборонявшие Перемышль и рубежи южнее этого города.

Такова была истинная группировка фашистских сил, вторгшихся в пределы Украины в полосе нашего фронта. Но всего этого мы, конечно, в первый день войны не знали.

 

Фото: Групповой снимок командующих фронтами Великой Отечественной войны. 1945 г. Источник: waralbum.ru

 

Вот в таких крайне неблагоприятных для нас условиях началась война на Украине. В не менее тяжелой обстановке она развернулась и в Белоруссии, и в Прибалтике. Гитлеровское командование спешило использовать все те огромные преимущества, которые давала ему внезапность нападения. 

 

Источник: Баграмян И. Х., «Так начиналась война», М., Воениздат, 1971