МОРСКОЙ ТРАНСПОРТ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ. Часть вторая. «Ледокольный флот»

11.06.2021 статья

Триумфальные ворота

 

ЧАСТЬ 2

 

ЛЕДОКОЛЬНЫЙ ФЛОТ

 


Ледокольный флот в начальный период Великой Отечественной войны

 

С началом Великой Отечественной войны почти все суда ледокольного флота были мобилизованы в Военно-морской флот и вооружены. Следует подчеркнуть, что отечественные ледоколы всегда были готовы к ведению боевых действий, поскольку почти на каждый из них был заготовлен мобилизационный план и проект так называемого мобварианта — пакет технической документации, согласно которому при военной угрозе на борту ледокола размещалось артиллерийское и пулеметное вооружение, оборудовались помещения под погреба боезапаса, судно оснащалось средствами и постами управления артиллерийским огнем, осуществлялись мероприятия по защите и пр.

Линейный ледокол «Ермак» — «дедушка» отечественного ледокольного флота — встретил войну, будучи на ремонте. 27 июня он перешел в подчинение командованию Краснознаменного Балтийского флота и вошел в состав отряда ледоколов Ленинградской военно-морской базы. Командиром отряда был назначен военный моряк— капитан 1-го ранга Ф. Л. Юрковский.

В ноябре—декабре 1941 года «Ермак» совершил около 20 боевых походов и провел более 100 военных кораблей и других судов из Ленинграда в Кронштадт и обратно. Под огнем противника он доставлял вооружение, топливо, продовольствие, пополнение, эвакуировал раненых. Снарядами были пробиты его борта, палубы, повреждены орудия и механизмы. Осколками были изрешечены трубы и наружная обшивка, в машинном отделении перебита водяная магистраль.

 

Ледокол «Ермак»

 

8 декабря в районе Петергофа, ведя на буксире эсминец «Стойкий», «Ермак» подорвался на мошной магнитной мине. От сильного взрыва, подбросившего ледокол вверх как щепку, были сильно деформированы корпус и палуба в носовой части, обшивка дала трещины, на куски разлетелась главная чугунная труба водяной системы. Были и другие повреждения. Однако руль и машины остались целы, и ледокол мог продолжать работу.

Сплоченная и опытная команда ледокола быстро исправила все повреждения, и через несколько дней «Ермак» вновь ушел в Кронштадт за кораблями. До конца декабря «Ермак» дважды ходил к острову Лавенсаари. В первом походе он спас от уничтожения вражеской авиацией 16 судов, затертых льдами, во время второго похода совместно с ледоколом «В. Молотов» под огнем противника вывел еще несколько судов.

На Балтике трудились и другие ледокольные суда. Так, ледокол «Волынец», имеющий на вооружении два 100-мм орудия, два 76,2-мм и два 12,7-мм пулемета, в составе отряда особого назначения участвовал 28—29 августа (конвой № 2) в перебазировании кораблей Краснознаменного Балтийского флота из Таллина в Кронштадт, в эвакуации советских гарнизонов с островов Финского залива, встречал и проводил за ледовую кромку подводные лодки, снабжал припасами советские гарни­зоны и наблюдательные посты на островах, высаживал десанты.

Портовые ледоколы «КГТ-17» и «КП-18» (бывшие «Ледокол № 1» и «Ледокол № 2» соответственно), ледокольные буксиры «Прибой» и «Красный первенец» обеспечивали действия боевых кораблей Краснознаменного Балтийского флота, а также участвовали в конвоях. Ледокол «Владимир» обеспечивал действия боевых кораблей Краснознаменного Балтийского флота, входил в состав плавсредств тыла флота в качестве буксира и отопителя.

Портовый ледокол «Октябрь» 30 ноября потопила немецкая авиация в Финском заливе к северу от Красной Горки. В тот день он участвовал в ледокольной проводке конвоя, следовавшего из Кронштадта к острову Гогланд. Погибло семь человек экипажа.

Портовый ледокол «Серго Орджоникидзе» был переоборудован в канонерскую лодку и включен в состав Краснознаменного Балтийского флота.

На Тихом океане гидрографические суда с ледовым усилением «Океан» и «Охотск» также переоборудовали и зачислили в класс минных заградителей. Ледоколы «Добрыня Никитич», «Давыдов», «Казак Поярков» и «Казак Хабаров» были запланированы для обеспечения ледовых проводок боевых кораблей и вспомогательных судов Тихоокеанского флота. Первые три ледовых судна прослужили всю войну, а «Казак Поярков» 25 июля 1941 года подорвался на мине в Японском море и затонул. Вместе с ним погибло 30 человек экипажа, спаслось 15.

На Каспии ледокол «Шаумян» зимой ломал лед, а в остальное время осуществлял воинские и народно-хозяйственные перевозки, буксировал шаланды и баржи с нефтепродуктами.

Линейный ледокол «А. Микоян» отошел от достроечной стенки Николаевского судостроительного завода им. А. Марти 26 августа 1941 года под залпы артиллерийских орудий, но не салюта, а зенитных батарей, отражавших атаки фашистских бомбардировщиков. Командир ледокола капитан 2-го ранга С. М. Сергеев вывел ледокол в море без приемочных испытаний и вскоре прибыл в Севастополь. Там на «А. Микоян» установили пять 130-мм орудий, четыре 76-мм зенитки и четыре пулемета. По окончании работ судно зачислили в состав Военно-морского флота СССР в ранге вспомогательного крейсера.

Не всем ледокольным судам Азовско-Черноморского бассейна в первые месяцы войны удалось остаться на плаву. Так, ледокольный буксир (в некоторых справочниках — портовый ледокол) «Соломбала», участвуя в эвакуации Мариуполя, 8 октября 1941 года был накрыт артиллерийским огнем противника и затонул. Пассажиры и члены экипажа спасались вплавь. В ноябре того же года ледокольный буксир «Соломбала» был поднят немцами и восстановлен.

«Ледокол № 5» во время войны использовался в качестве буксира на трассе Николаев—Севастополь. 12 августа 1941 года на выходе из Днепровского лимана при буксировке корпуса подводной лодки он подорвался на донной мине и лег на дно. Погибло 22 человека экипажа. Ледокольный спасательный буксир «Силин» в ноябре 1941 года был потоплен немецкой авиацией у косы Тузла в Керченском проливе. Ледокол «Торос» в декабре 1941 года под сильным огнем противника обеспечивал перешвартовку судов во время высадки морского десанта в Феодосии. Во время этой операции он получил значительные повреждения. После ремонта его направили для ледовой проводки судов в Керчь и Камыш-Бурун, а затем на буксировку 4000-тонного дока с 26 гружеными вагонами и 10 заправленными паровозами из Новороссийска на Керченский полуостров. В течение года «Торос» выполнял различные работы, в том числе и под огнем противника, получил тяжелые повреждения и был поставлен на ремонт в Батуми.

 

Ледокол «Торос»

 

Ледокол «Степан Макаров», имеющий на вооружении пять 130-мм орудий и два 12,7-мм пулемета, экипаж 120 человек, с началом войны занимался транспортировкой плавучих доков и недостроенных судов по маршруту Николаев—Севастополь. Так, 24 июля, имея в охранении пять боевых кораблей Черноморского флота, он успешно отбуксировал плавучий док грузоподъемностью 5 тыс. т. В период с 7 по 9 августа «Степан Макаров» совместно с ледокольным буксиром «Силин» под охраной канонерской лодки «Красная Армения» отбуксировал еще один док, на палубе которого находилось 26 паровозов, 10 тендеров и 52 локомотивные бригады. При завершении эвакуации из Николаева ледокол под огнем немецкой артиллерии вывел из порта корпус недостроенного крейсера «Куйбышев». Проходя Днепровско-Бугский и Очаковский каналы, караван трижды подвергался налетам немецкой авиации, но умелое маневрирование и зенитный огонь эскорта помогли благополучно завершить переход.

Затем «Степан Макаров» буксировал крупный плавучий док из Ейска в Керчь, вывел из Мариупольского порта корпус недостроенного теплохода «Пролетарий», участвовал в других транспортных операциях.

17 ноября 1941 года «Степан Макаров» под командой капитана Д. Т. Черткова вышел из Туапсе, направляясь в осажденный Севастополь. Предполагалось, что кроме доставки продовольствия и боеприпасов, ледокол осуществит проводку лидера «Ташкент» в главную военно-морскую базу Черноморского флота. Но встреча не состоялось, лидер вошел в базу самостоятельно. Ледокол же исчез бесследно. Его поиски продолжались вплоть до 26 ноября, но к успеху не привели.

 

Фото: Лидер эсминцев «Ташкент» сближается с эсминцем «Сообразительный» для перегрузки эвакуируемых из Севастополя. 1942. Источник: waralbum.ru

 

Как позже выяснилось, ледокол, получивший для этой операции кодовое обозначение «ледокол "Керчь"» просто не был внесен в списки флота, а полученную еще 18 ноября радиограмму с текстом: «Ледокол "Керчь". Подорвался на мине. Тону. Вышлите катера» не приняли всерьез, решив, что это дезинформация противника. Советские моряки погибли, до конца выполнив свой воинский долг. Вечная им память!

Однако самая большая нагрузка в военные годы выпала на ледокольные суда, базировавшиеся на севере страны. Перед ледокольным флотом Заполярья, базой которого служил Молотовск (до 1938 года и после 1957 года этот город именовался Северодвинском), стояли две главные задачи: 1) обеспечивать круглогодичную эксплуатацию Северного морского пути как важной народно-хозяйственной и стратегической магистрали; 2) осуществлять проводки судов караванов союзников с грузами по ленд-лизу из США и Англии через северную Атлантику, Баренцево и Белое моря в порты Архангельск и Мурманск (позже и в Молотовск) в зимнее время.

С началом войны большая нагрузка выпала на судоремонтный завод № 402, расположенный в Молотовске. Первоочередной его задачей стало вооружение ледоколов «Ленин» и «И. Сталин», ледокольного парохода «Семен Дежнев» и ледореза «Ф. Литке». Безоружные суда ледового плавания могли стать легкой добычей для немецких кораблей и авиации, охотившихся за ними.

 

Фото: Советский ледокол «Александр Сибиряков» горит и тонет после боя с немецким тяжелым крейсером «Адмирал Шеер». 25.08.1942. Источник: waralbum.ru

 


9 июля караван судов в составе ледокольных пароходов «Александр Сибиряков» и «Садко», транспортов «Правда», «Революционер», «Сталинград» с охранением вышел из Архангельска в Арктику. Начальник морских операций Западного района Арктики Герой Советского Союза капитан 2-го ранга М. П. Белоусов вместе со своим штабом находился на «Александре Сибирякове». Это высокое звание он получил в должности капитана флагманского ледокола «И. Сталин» в 1940 году за спасение терпящего бедствие ледокольного парохода «Георгий Седов».

23 июля 1941 года ледокольный пароход «Садко» прибыл на остров Диксон. Несколько дней спустя пять судов Архангельского морского пароходства вышли в сквозное плавание по трассе Северного морского пути. В начале октября они прибыли на Чукотку в бухту Провидения, а оттуда ушли в американские порты западного побережья США Сиэтл и Сан-Франциско за грузами по ленд-лизу. Проводку судов через льды обеспечивал линейный ледокол «Красин».

 

Ледокольный пароход «Александр Сибиряков»

 

2 августа была образована Беломорская военная флотилия со штабом в Архангельске. Часть судов Главсевморпути мобилизовали в Северный флот. Ледоколы и транспорты начали вооружать орудиями и пулеметами. 19 августа был создан отряд кораблей Карского моря в составе Беломорской военной флотилии (Северный отряд). В его состав наряду со сторожевыми кораблями и тральщика¬ми вошли ледорез «Ф. Литке» (переквалифицированный и переоборудованный в сторожевой корабль «СКР-18»), ледокольные пароходы «Семен Дежнев» («СКР-19») и «Александр Сибиряков» (под наименованием «ЛД-6»).

 

Ледорез «Ф. Литке»

 

10 октября 1941 года согласно совместному приказу наркома Военно-морского флота адмирала флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова и начальника Главсевморпути при Совнаркоме СССР Дважды Героя Советского Союза капитана 1-го ранга И. Д. Папанина в составе Беломорской военной флотилии был создан ледокольной отряд. Правда, как самостоятельная единица он просуществовал только одну арктическую навигацию 1941/42 года. В дальнейшем ледокольными операциями занималось вновь образованное Управление Беломорскими ледовыми операциями (УБЛО), начальником которого был назначен капитан 2-го ранга М. П. Белоусов с оставлением в должности заместителя начальника Главсевморпути, а его заместителем по военной части — капитан 1-го ранга Н. П. Аннин.

В распоряжение УБЛО, постоянно дислоцирующегося в Архангельске, входили практически все ледокольные суда северо-запада СССР. УБЛО располагало группой специалистов в области прогнозов льда и погоды. Для ледовой разведки ему был выделен авиационный отряд во главе с полярным летчиком Героем Советского Союза И. М. Мазуруком. В оперативном отношении УБЛО подчинялось Беломорской военной флотилии.

 

Дважды Герой Советского Союза И. Д. Папанин

 

15 октября 1941 года И. Д. Папанин был назначен уполномоченным ГКО СССР с оставлением в должности начальника Главсевморпути. Ему была поручена организация приемки и разгрузки прибывающих в порты Мурманск и Архангельск союзных конвоев. Одновременно был создан Штаб уполномоченного во главе с полярным капитаном Героем Советского Союза К. С. Бадигиным.

 


Ледокольный флот. Самый трудный год войны

 

«Из четырех военных лет самым трудным для нас в Арктике был 1942 год, — вспоминает И. Д. Папанин. — Враг действовал очень активно, стремясь вывести из строя Северный морской путь... Гидрологи предсказывали, что ледовая обстановка в морях Западной Арктики ожидается легче обычной, и это тоже настораживало, значит, военным кораблям противника будет проще проникать к нам. Опасения эти, к сожалению, оправдались».

В связи с активизацией немцев в Арктике Северному флоту была поставлена задача: обеспечить военную безопасность мореплавания от Архангельска до пролива Вилькицкого. Протяженность этого пути с запада на восток составляла около 3 тыс. км. Самую большую опасность для судоходства представляли подводные лодки противника и минная угроза. Поэтому основным методом защиты судов стала система конвоирования.

12 января 1942 года линейный ледокол «Красин» прибыл в США в Балтимор, где на него было установлено вооружение. Кроме того, на ледоколе был закончен монтаж противоминной обмотки на корпусе, предохранявший от немецких магнитных мин. В качестве груза по ленд-лизу на борту «Красина» в СССР везли 3 новые пушки, 16 пулеметов, 2 тыс. снарядов и 220 тыс. патронов.

В Норфолке (на востоке Англии) «Красин» снабдили боезапасом и провели с экипажем учения по применению оружия. 10 апреля союзный конвой, в составе которого был ледокол «Красин», отправился в Исландию. Путь был чрезвычайно опасен, конвой попал в сильный шторм, ледокол получил повреждения, но по решению его капитана М. Г. Маркова продолжал следовать за конвоем. 26 апреля «Красин» в составе конвоя PQ-15, в котором участвовали 26 транспортных судов и 20 судов охранения, вышел из Рейкьявика в Мурманск. На переход потребовалось 10 суток. 30 апреля появились немецкие гидросамолеты-разведчики, конвой был обнаружен, и после этого начались беспрерывные атаки. Экипаж «Красина» не только отбивал воздушные атаки немецких самолетов, но и прикрывал следовавший с ним слабо вооруженный канадский ледокол «Монткальм» (передавался Советскому Союзу по ленд-лизу).

5 мая караван достиг острова Кильдин и вошел в Кольский залив. Выдающийся поход ледокола «Красин» через два океана длиной более 15 тыс. миль по маршруту бухта Провидения-Сиэтл—Панамский канал—Балтимор—Норфолк—Нью-Йорк—Бостон-Портленд-Галифакс-Глазго-Рейкьявик-Мурманск успешно завершился. 16 наиболее отличившихся в походе членов экипажа «Красина» были награждены боевыми орденами и медалями.

В 1942 году в Белое море пришли линейные ледоколы «А. Микоян» и «Л. Каганович», и к концу года там были сосредоточены почти все крупные отечественные ледоколы, кроме «Ермака», стоявшего в блокадном Ленинграде, и «В. Молотова», базировавшегося в Кронштадте.

 

Ледокол «В. Молотов»

 

Характер деятельности ледокольных судов во время войны определялся сезонностью плавания в Арктике. В летнюю навигацию они выходили на трассу Северного морского пути для проводки караванов судов, осенью возвращались в Белое море, где занимались зимней проводкой союзных конвоев.

Для обеспечения успешной ледовой проводки советских и союзных судов в Северном Ледовитом океане с лета 1942 года стали активно действовать ледовые патрули.

Так в июне того года в работе ледового патруля участвовало гидрографическое судно «Мурманец». Ледовому патрулю предстояло выполнить комплекс работ, связанных с обеспечением боевых и транспортных операций в Баренцевом и Карском морях. Однако кроме своей основной задачи, судну «Мурманец» пришлось участвовать и в операцияи по спасению экипажей судов конвоя PQ-17 в районе Малых Кармакул. Положение в этом районе было очень тяжелое. Приходилось подбирать людей не только с плотов и шлюпок, но и непосредственно из воды. С 13 по 17 июля на борт были спасены более 100 человек – члены экипажей с судов "Алапаны", "Альков Рейнджер", "Вашингтон", "Хаталбьюри", "Паулус Поттер".

Линейный ледокол «А. Микоян» был включен в состав экспедиции особого назначения— ЭОН-18. Эта экспедиция, состоящая из двух десятков грузовых транспортов и трех боевых кораблей — лидера «Баку», эскадренных миноносцев «Разумный» и «Разъяренный», выполнила сложнейшую задачу: за одну навигацию прошла Северный морской путь, доставила необходимые фронту грузы и усилить Северный флот.

В сентябре 1942 года корабли ЭОН-18 прибыли в бухту Тикси, где их поджидал ледокол «Красин», прибывший на помощь каравану из пролива Вилькицкого.

 

Фото: Советская подводная лодка К-21 отправляется в боевой поход из Полярного. 1942. Источник: waralbum.ru

 

В Тикси экспедиции было приказано задержаться из-за прорыва в Карское море германского тяжелого крейсера «Адмирал Шеер», который сопровождали две подводные лодки. Как позже стало известно, немцы, опираясь на разведывательную информацию союзного японского адмиралтейства, проводили секретную операцию «Вундерланд» («Страна чудес») по поиску и уничтожению советских караванов, следующих по Северному морскому пути.

Проведение операции «Вундерланд» немецким командованием было намечено на вторую половину августа. Именно в это время в Карском море должны были находиться советские суда: один караван формировался у Диксона для следования на восток, а второй караван транспортных кораблей с ценным грузом шел на запад из бухты Провидения. При караванах находились линейные ледоколы и ледокольные пароходы.

24 августа ледокольный пароход «Александр Сибиряков» вышел из порта Диксон, выполняя рейс с оборудованием и персоналом для новой полярной станции на Северной Земле. На борту находилось 104 человека (32 из военной команды, остальные — экипаж и гражданские пассажиры). На следующий день в Карском море примерно в 10 милях от острова Белуха (архипелаг Норденшельда) «Александр Сибиряков» встретил неизвестный военный корабль. Это был крейсер «Адмирал Шеер» (командир капитан 1-го ранга В. Мендсен-Болькен), который вел поиск в рамках операции «Вундерланд».

Командир и весь экипаж «Александра Сибирякова» решили вступить в бой, задержать крейсер и дать возможность советскому каравану уйти как можно дальше во льды пролива Вилькицкого. Силы были неравными: «Адмирал Шеер» был вооружен восемью торпедными аппаратами и орудиями, предназначенными для боя с тяжелыми броненосцами (28 орудий, в числе которых было шесть 280-мм и восемь 150-мм калибра), «Александр Сибиряков» имел на вооружении только четыре пушки (две 76-мм и две 45-мм калибра).

Первым попаданием снаряда с крейсера повредило радиостанцию (радист перешел на аварийный передатчик). Вторым снарядом накрыло корму парохода, вышли из строя кормовые пушки, вся прислуга — около 30 человек — погибла. Третий снаряд попал на носовую палубу, там вспыхнули бочки с горючим. Четвертый снаряд взорвался в котельном отделении. Пароход стоял на месте и пылал, как факел, большая часть его экипажа и пассажиров погибла.

После очередного попадания снарядов был убит старший помощник капитана Г. П. Судаков, тяжело ранило командира. Шифровальщик М. В. Кузнецов уничтожил все секретные документы, в том числе и сведения о льдах Карского моря, а старший механик Н. Г. Бочурко, как это было заранее оговорено, открыл кингстоны. «Александр Сибиряков» подобно легендарному крейсеру «Варяг», не спустив флага перед врагом, медленно пошел на дно, унося в морскую пучину живых и мертвых людей.

 

 

«Александр Сибиряков» в бою. Художник П. П. Павлинов

 

«Александр Сибиряков» сделал присутствие «Шеера» в Арктике известным, операция «Вундерланд» была рассекречена. Однако, командир немецкого крейсера «Адмирал Шеер», попытался сделать налет на порт Диксон, уничтожение которого, а также полярных станций и авиабаз на острове, могло бы серьезно затруднить плавание транспортных судов по Северному морскому пути. Однако при подходе к рейду крейсер неожиданно встретил мощный отпор артиллерии местного гарнизона (командир батареи лейтенант Н. М. Корняков), парохода «Революционер» и ледокольного парохода «Семен Дежнев» («СКР- 19»). Крейсер «Адмирал Шеер», выпустив 456 снарядов, поставил дымовую завесу, спешно покинул диксоновский рейд и ушел в направлении Земли Франца-Иосифа.

19 сентября из Тикси вышли суда ЭОН-18, приняв на подходе к Карскому морю все меры предосторожности на случай встречи с противником. После того как экспедиция была доведена до чистой воды, ледокол «А. Микоян» вновь вернулся на восток за другими судами, вышедшими из устья Енисея. Затем он совершил еще несколько рейсов в Карское море.

14 октября 1942 года экспедиция ЭОН-18 прибыла в Кольский залив. За 61 ходовые сутки боевые корабли прошли свыше 7 тыс. миль, из них около 1 тыс. миль — во льдах. Успешная проводка кораблей Тихоокеанского флота Северным морским путем убедительно показала возможность широкого маневра силами между Северным и Тихоокеанским морскими театрами через Арктический бассейн в обоих направлениях — как с запада на восток, так и с востока на запад. Однако без ледокольных судов эта операция была бы невыполнима.

В ту арктическую навигацию ледоколы «И. Сталин», «Ленин», «Красин», «А. Микоян» и «Л. Каганович» провели в порты Архангельск, Молотовск 36 судов с ценнейшим грузом, предназначенным для воюющих армии и флота.

В 1942 году ледокольный флот на севере не потерял ни одного судна. На юге, в Азовско-Черноморском бассейне, погибли три ледокольных судна. 8 марта на переходе из Тамани в Керчь пропал без вести портовый ледокол «Снег». 20 апреля на пути из Новороссийска в Керчь подорвался на магнитной мине и затонул «Ледокол № 7». 2 июля в порту Темрюк от ударов авиации противника погиб «Ледокол № 4». Через некоторое время после налета немецкой авиации в том же порту затонул ледокол «Знамя социализма» (канонерская лодка «КЛ-4»).

 

Фото: Герой Советского Союза командир подводной лодки М-172 капитан 3 ранга Израиль Ильич Фисанович (1914-1944, на снимке второй справа) и члены экипажа его подлодки во время отдыха в Полярном. 1942. Источник: waralbum.ru

 

В навигацию 1943 года, в связи с возникшим перерывом в движении союзных конвоев из Англии и Исландии в Баренцево и Белое моря, противник резко усилил активность подводных лодок в восточной части Баренцева моря, а затем в Карском море, имея основной своей задачей парализовать советские арктические коммуникации. Наряду с торпедными атаками подводных лодок по ледоколам, транспортам и боевым кораблям противник в большом количестве применял мины, которыми стремился закупорить все узкие входы и выходы в проливах, на внешних рейдах и в устьях рек.

Ледокольные буксиры «Прибой» и «Красный первенец», обеспечивающие действия боевых кораблей Краснознаменного Балтийского флота, получили соответственно наименования «К-9» и «К-6». Портовый ледокол «Серго Орджоникидзе», также несший боевую службу на Балтике, был разоружен, исключен из состава Военно-морского флота и возвращен Наркомату рыбной промышленности.

Ледокол «Давыдов» во второй половине 1943 года совершил дальнее плавание к берегам Северной Америки, в Ванкувере (Канада) прошел капитальный ремонт, вернулся во Владивосток и продолжил работать по своему назначению до конца войны на Тихом океане.

 

 

Ледокол «Давыдов»

 

В Белом море продолжал неутомимо трудиться ледокол «Ленин». Ему приходилось решать различные задачи, в том числе и поисково-спасательные.

В феврале—марте ледокол «Ленин» работал на проводке судов союзных конвоев. Были проведены «Эмпайр Арчер», «Эмпайр Эмеральд», «Честер Вэлли», «Ричард Бленд» и многие другие. Проводки осуществлялись под постоянными вражескими авианалетами. По окончании зимней навигации линейный ледокол «Красин» отправился по Северному морскому пути во Владивосток, где на Дальзаводе его вновь отремонтировали. С того времени «Красин» трудился в Восточном районе Арктики.

22 марта на помощь ледоколу «Ленин» пришел ледокол «Л. Каганович». Работая совместно в тяжелом торосистом льду, ледоколы тщетно пытались провести в Архангельск пароход «Петровский». Работа осложнялась еще и частыми налетами вражеских самолетов. Пробиваясь к «Петровскому» в два русла ударами, ледоколы с трудом вывели его изо льда и привели обратно в Молотовск. Вскоре туда же прибыл и ледокол «Красин» с пароходом «Кама».

 

Разгрузка судна на лед в Камыш-Буруне

 

18 июня вышел первый караван в Арктику. В его состав вошли линейные ледоколы «А. Микоян» и «Красин», сторожевой корабль «Ф. Литке» («СКР-18»). Охранение осуществляли один лидер, четыре эсминца, два сторожевых корабля, один минный заградитель, два морских охотника и тральщик.

26 июня второй караван с прежним эскортом вышел из Архангельска. В его составе находились линейный ледокол «Л. Каганович» и ледокольный пароход «Монткальм». 5 июля этот караван прибыл на Диксон.

Зимой 1943/44 года в связи с тяжелой ледовой обстановкой в Восточном районе Арктики и прогнозом о сложных ледовых условиях в проливах Курильских островов по распоряжению контрадмирала И. Д. Папанина из Архангельска на Дальний Восток были направлены Северным морским путем линейные ледоколы «Красин», «А. Микоян» и «Л. Каганович». Часть судов, пребывающих из США, была направлена из портов Провидение и Петропавловск-на-Камчатке во Владивосток, другая часть — Северным морским путем в Архангельск.

 

Ледокол «Красин»

 

Ледоколы, прибывшие из Западного района Арктики, в зимнюю навигацию 1943/44 года сумели успешно провести через льды пролива Лаперуза 261 судно с импортными грузами.

Одной из самых сложных по ледовым условиям навигаций военного времени была навигация 1944 года. Однако эта последняя военная навигация благодаря усилиям специалистов Штаба морских операций, полярников, летчиков ледовой разведки и моряков прошла успешно.

В описываемый период по трассе Северного морского пути из Архангельска с запада на восток прошли под проводкой сторожевого корабля «Ф. Литке» («СКР-18») суда «Моссовет», «Игарка», «А. Андреев», а в обратном направлении — «Революционер» и «Кингисепп» с грузами ленд-лиза в сопровождении американского ледокола «Северный ветер».

Зимой 1944 года с помощью ледоколов в Архангельск и Молотовск были проведены 248 транспортов и выведены в Атлантику 258 судов.

На Балтике после снятия блокады Ленинграда и выхода из войны Финляндии возникла потребность в мощном ледоколе, предназначенном для сугубо гражданских целей. 6 ноября 1944 года ледокол «Ермак» был демобилизован из состава Краснознаменного Балтийского флота и возвращен Наркомату морского флота. На ледокол вернулись оставшиеся в живых члены экипажа. В декабре того же года началась его 46-я ледовая навигация.

С осени 1944 года транспортные суда стали ходить из Ленинграда по финским шхерам до полуострова Ханко и даже до Стокгольма, а также на коротких коммуникациях Ханко—Таллин, Хельсинки—Таллин, Ораниенбаум—Кронштадт. Зимой 1944/45 го­да плавание осуществлялось с помощью ледоколов «Ермак», «Волынец» и трех бывших (репатриированных) финских ледоколов. Только в ноябре—декабре 1944 года Ленинградский порт обработал более 90 судов с различными грузами. С ноября 1944 года по февраль 1945-го из Швеции и Финляндии в Ленинград пришло более 160 транспортных судов.

7—29 октября 1944 года силами 14-й армии и Северного флота была проведена Петсамо-Киркенесская наступательная операция, в ходе которой была освобождена от немцев не только территория Кольского полуострова, но и значительная часть Северной Норвегии. Таким образом, осенью 1944 года военные действия на Кольской земле завершились. Вклад ее защитников в общее дело Победы был высоко оценен государством: Указом Президиума Верховного Совета СССР 5 декабря 1944 года была учреждена медаль «За оборону Советского Заполярья», которой были удостоены также и моряки ледокольного флота.

 

 

По материалам Историко-публицистического издания «Транспорт в годы Великой Отечественной войны. Исторические хроники» Издательство «Пан пресс»

Источник: pobeda.mintrans.ru

 

 

МОРСКОЙ ТРАНСПОРТ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ. Часть первая